Главная arrow Законодательство о труде arrow <Письмо> верховного суда РФ "некоторые вопросы судебной практики по гражданским делам"
14.12.2017 г.

Бесплатные юридические консультации

Консультация юристов выполняется полностью без какой-либо оплаты. Консультирование выполняют юристы, адвокаты, нотариусы, имеющие обширный опыт практической работы.

1. Выберите тематику консультации
2. Выберите город, где Вы живете.
3. Укажите как Вас зовут и номер Вашего телефона.
4. Укажите Ваш вопрос.
5. Отправьте свой вопрос и наш юрист Вам перезвонит, если все введено верно.

Ответы на вопросы даются с 9.00 до 21.00

Заявки принимаются и проводится круглосуточно

Консультация осуществляется для городских и мобильных номеров Москвы и Московской области, Санкт-Петербурга и Ленинградской области, Екатеринбурга и Свердловской области.

<Письмо> верховного суда РФ "некоторые вопросы судебной практики по гражданским делам"

Версия для печати Отправить на e-mail
15.04.2007 г.
ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
   
   ПИСЬМО
   
   НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ
   
   Дела по искам к государству
   
   В связи с принятием Гражданского кодекса Российской Федерации в судебной практике  возникают вопросы о том, какой государственный орган должен быть привлечен к участию в  деле в качестве ответчика в тех случаях, когда стороной в обязательствах, вытекающих из  договоров, и по возмещению вреда является государство.    
   Верховный Суд РФ в ряде случаев указывал на то, что в соответствии со ст. 1  Федерального закона от 1 июня 1995 г. "О государственных долговых товарных  обязательствах" исполнение этих обязательств отнесено на счет внутреннего  государственного долга Российской Федерации, от имени которой в соответствии со ст. 125  ГК РФ в судах должно выступать Правительство Российской Федерации или уполномоченный им  государственный орган, юридическое лицо или гражданин. Порядок назначения представителей  интересов Правительства Российской Федерации определен Постановлением Правительства  Российской Федерации от 12 августа 1994 г. N 950 "О порядке назначения представителей  Правительства Российской Федерации в судах".    При предъявлении исков к государству о возмещении вреда в соответствии со ст. ст. 1069  и 1070 ГК РФ от имени казны Российской Федерации в качестве ответчика должно выступать  Министерство финансов Российской Федерации. Поскольку Министерство финансов в судах  представляет казну Российской Федерации, в решениях судам следует указывать, что сумма  возмещения взыскивается за счет казны Российской Федерации, а не за счет имущества и  денежных средств, переданных Министерству финансов Российской Федерации как федеральному  органу исполнительной власти в оперативное управление.    1. С. обратился в суд с иском к Ленинскому отделению Сберегательного банка Российской  Федерации в г. Самаре о признании незаконным отказа в принятии облигации государственного  целевого займа для приобретения в 1993 году автомобиля ВАЗ-2108 в сумме 8500 рублей и  взыскании стоимости автомобиля в 1995 году, ссылаясь на неисполнение ответчиком  обязательства о предоставлении ему автомобиля до настоящего времени.    Суд удовлетворил иск, взыскав с ответчика в пользу истца стоимость автомобиля на  момент рассмотрения дела.    Это решение было отменено в порядке надзора по тем основаниям, что полное погашение  государственного долгового товарного обязательства законом не предусмотрено, а также в  связи с тем, что Сбербанк России не является надлежащим ответчиком по делу.    Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об исключении  из постановления надзорной инстанции указания на необходимость применения при новом  рассмотрении дела в суде первой инстанции Постановления Правительства Российской  Федерации от 16 апреля 1994 г. N 344 "О государственных долговых товарных обязательствах",  которым предусмотрена не полная, а ограниченная компенсация стоимости целевых облигаций  на приобретение легковых автомобилей, как противоречащего нормам материального права.    Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ протест удовлетворила по  следующим основаниям.    В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 1 июня 1995 г. "О государственных  долговых товарных обязательствах" внутренний государственный долг Российской Федерации, в  который входят и долговые товарные обязательства по целевым облигациям и искам на  приобретение легковых автомобилей, подлежит полной, а не частичной компенсации. Во  исполнение этого Закона Правительством Российской Федерации 16 января 1996 г. было  принято Постановление N 33 "О мерах по реализации Федерального закона "О государственных  долговых товарных обязательствах", которым на Министерство финансов Российской Федерации  до принятия Государственной программы погашения государственных долговых товарных  обязательств была возложена обязанность обеспечить погашение задолженности гражданам по  этим обязательствам исходя из средств, предусмотренных на эти цели в федеральном бюджете  на соответствующий год, с учетом требований указанного Федерального закона.    Этим же Постановлением признано утратившим силу Постановление Правительства Российской  Федерации от 16 апреля 1994 г. N 344, в котором была предусмотрена возможность лишь  частичной (60%) компенсации стоимости автомобилей.    Вместе с тем было обращено внимание суда на то, что надлежащим ответчиком по данному  делу является не Сберегательный банк Российской Федерации, а Правительство Российской  Федерации.    
   Применение новых норм ГК РФ
   
   2. В отличие от ранее действовавшего законодательства п. 3 ст. 222 ГК РФ допускает  признание права собственности на самовольно возведенную постройку при условии, что лицу,  осуществившему строительство, в установленном порядке будет выделен земельный участок под  возведенным строением.    В судебной практике возникли вопросы о том, как следует понимать положение закона о  необходимости выяснения того, будет ли земельный участок выделен в установленном порядке  и на какой стадии процесса суд должен сделать это.    В законе порядок разрешения вопроса о выделении лицу, осуществившему самовольную  постройку, земельного участка под этой постройкой не регламентирован.    Пленум Верховного Совета РФ и Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в п. 34  Постановления от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" рекомендовал судам предлагать  истцу представлять доказательства, свидетельствующие о предоставлении ему в установленном  порядке земельного участка, на котором расположена самовольная постройка, на стадии  подготовки дела к судебному разбирательству. Однако не будет ошибкой, если суд выяснит  этот вопрос и в ходе судебного разбирательства до вынесения решения.    Малое предприятие (МП) "Башкортостан" обратилось в суд с иском к Н. о признании права  собственности на не законченный строительством жилой дом и о выселении из него ответчицы,  ссылаясь на то, что в 1990 году на выделенном ему земельном участке было начато  строительство дома, который самовольно заняла ответчица.    Н. предъявила к истцу встречный иск о признании за ней права собственности на спорный  дом, указывая, что в 1990 году она заключила с истцом договор подряда на строительство  этого дома и тогда же полностью оплатила стоимость строительных материалов и работ.    Суд признал право собственности на дом за ответчицей Н., поскольку ею были  представлены достоверные доказательства выполнения своих обязательств по договору подряда  оплатить стоимость работ и материалов на строительство дома.    Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ оставила решение без  изменения, согласившись с выводом суда о том, что земельный участок под домом будет в  установленном порядке выделен ответчице.    Как установил суд при рассмотрении дела, земельный участок для жилищного строительства  в установленном порядке ни истцу, ни ответчице не предоставлялся. Суд привлек к участию в  деле местную администрацию и предложил ей решить вопрос о передаче земельного участка под  самовольно возведенным жилым домом одной из сторон или решить вопрос об изъятии этого  участка.    Администрация в своем письменном ответе на запрос суда сообщила, что земельный участок  под домом по плану развития города предназначен для индивидуального жилищного  строительства и будет выделен в установленном порядке той стороне, за которой суд  признает право собственности на самовольно возведенный жилой дом.    Такая позиция местной администрации не препятствовала рассмотрению спора о праве  собственности на самовольно возведенное строение, в связи с чем суд правильно разрешил  этот спор в зависимости от того, кем из сторон были предоставлены достоверные  доказательства об оплате работ и строительных материалов.    3. В соответствии со ст. 139 ЖК РСФСР и ст. 55 Земельного кодекса РСФСР собственникам  сносимых домов вместо предоставления квартир в домах государственного или общественного  жилищного фонда, компенсации стоимости сносимых домов или переноса домов на новое место  может по их желанию предоставляться другой земельный участок, на котором для них  возводится новый дом.    Администрация г. Ельца обратилась в суд с иском к К. о выселении из принадлежащего ему  дома, подлежащего сносу в связи с изъятием земельного участка для строительства  автодорожной эстакады через ручей Ельчик, во вновь возведенный жилой дом в другом районе  города.    К. иск не признал, ссылаясь на то, что его не устраивает месторасположение  предлагаемого администрацией земельного участка, и предъявил встречное требование о  выделении ему других участков по его выбору.    Решением суда иск администрации о выселении К. во вновь возведенный дом на выделенном  для этого по усмотрению администрации земельном участке был удовлетворен, а требования  ответчика выделить ему один из нескольких участков по его желанию были оставлены без  удовлетворения.    Это решение является правильным.
   Как было установлено при рассмотрении дела, при разрешении вопроса о том, в какой  форме К. должны быть компенсированы расходы, связанные с изъятием земельного участка и  сносом дома, ответчик выразил желание получить другой земельный участок и поселиться во  вновь возведенном на нем индивидуальном жилом доме.    Суд правильно указал в решении на то, что, хотя желание собственника сносимого дома о  месте расположения предоставляемого для нового строительства земельного участка должно  учитываться, окончательное решение по этому вопросу входит в компетенцию местного органа  исполнительной власти. При рассмотрении данного дела судом не было установлено каких-либо  злоупотреблений со стороны этих органов либо нарушений прав К. на получение земельного  участка для строительства нового дома.    Предложенный ответчику земельный участок расположен в исторической центральной части г.  Ельца и, согласно заключению экспертов, проводивших биолого - почвенную экспертизу,  пригоден для сельскохозяйственного использования, плодородие и качественный состав почвы  превышают средние для города показатели. Этот участок по размеру больше изымаемого у  ответчика.    Индивидуальный жилой дом, в который был выселен К., по строительно - техническим  характеристикам, стоимости, размеру жилых и подсобных помещений значительно превосходит  дом, подлежащий сносу.    При таких обстоятельствах дела суд пришел к правильному выводу о том, что переселение  ответчика в предоставленный ему новый дом законных прав К. не нарушает.    4. 12 апреля 1995 г. П. - один из учредителей ТОО "Универсам Новокуйбышевский" (в  уставном капитале товарищества ей принадлежали 47 долей из 520 (7,91%)) вышла из состава  учредителей и поставила вопрос о выплате ей стоимости ее доли в имуществе товарищества,  оценив ее в 75490300 рублей, исходя из стоимости этого имущества по переоценке на 1  января 1995 г.    В добровольном порядке товарищество выплатило П. в счет ее доли 2191600 рублей (716981  рублей - стоимость части имущества, соответствующая доле П., без его переоценки на 1  января 1995 г., 47160 рублей - ее вклад в уставный капитал и 1427419 рублей - часть  прибыли товарищества до ее выхода из него).    Считая такой расчет стоимости ее доли в имуществе товарищества незаконным, П.  обратилась в суд с иском к ТОО "Универсам Новокуйбышевский" о взыскании стоимости ее доли  в имуществе ответчика в той сумме, которую она заявила.    Решением суда первой инстанции (оставленным без изменения областным судом) иск П. был  удовлетворен.    Прокурор в протесте поставил вопрос об отмене всех судебных постановлений как  вынесенных с нарушением норм материального права, определяющих порядок расчета стоимости  доли выбывающего участника общества с ограниченной ответственностью, ссылаясь на то, что  в соответствии со ст. 94 ГК РФ участник общества с ограниченной ответственностью вправе в  любое время выйти из него независимо от согласия других его участников. До настоящего  времени закон об обществах с ограниченной ответственностью не принят, в связи с чем  вопросы о порядке, сроках и способах выплаты стоимости имущества выходящему участнику  должны разрешаться в соответствии с учредительными документами общества.    Поскольку в Уставе ТОО вопрос об увеличении размера уставного капитала в связи с  переоценкой имущества ТОО не разрешен, у суда, по мнению прокурора, не было законных  оснований для взыскания в пользу истицы компенсации ее доли в имуществе товарищества  исходя из реальной стоимости его по балансу предприятия после переоценки.    Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ судебные постановления  оставила без изменения, а протест - без удовлетворения, указав следующее.    В соответствии со ст. 94 ГК РФ участник общества с ограниченной ответственностью  вправе в любое время выйти из него независимо от согласия других его участников. При этом  ему должна быть выплачена стоимость части имущества, соответствующая его доле в уставном  капитале общества, в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены законом об  обществах с ограниченной ответственностью и учредительными документами общества.    Пленум Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ в п. 30 Постановления N 6/8  от 1 июля 1996 г. "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснил судам, что до принятия закона об  обществах с ограниченной ответственностью при рассмотрении требований о выплате  выходящему из такого общества участнику стоимости имущества, соответствующей его доле в  уставном капитале общества, необходимо руководствоваться порядком, способом и сроками  выплаты, предусмотренными учредительными документами соответствующего общества, если  указанные условия не противоречат Гражданскому кодексу.    С учетом этих разъяснений суд пришел к правильному выводу о том, что в Уставе ТОО  "Универсам Новокуйбышевский" нет и не может быть положений, в соответствии с которыми  стоимость части имущества товарищества, соответствующая доле выходящего из товарищества  учредителя, может быть по каким-либо основаниям уменьшена. Порядок, способы и сроки  выплаты этой стоимости, устанавливаемые Уставом общества с ограниченной ответственностью,  не влияют на определение размера доли участника товарищества, а лишь предусматривают  механизм реализации его права на получение компенсации стоимости его доли в имуществе  товарищества при выходе из него.    Суд обоснованно сослался в решении на право учредителя при выходе из товарищества  получить ту стоимость части имущества товарищества, которая определяется исходя из  действительной стоимости этого имущества. Данный вывод суда соответствует содержанию ч. 3  ст. 93 ГК РФ и является правильным.    Довод протеста о невозможности применения правил ст. 93 ГК РФ к отношениям,  возникающим в связи с выплатой стоимости доли в имуществе члена товарищества с  ограниченной ответственностью при выходе из него, не может быть признан убедительным  потому, что компенсация, подлежащая выплате, если отчуждается его доля третьим лицам или  самому товариществу, ничем не отличается от той суммы, на получение которой имеет право  участник товарищества, когда он выходит из него. В этом случае производится такое же  отчуждение доли участника товарищества в пользу самого товарищества с компенсацией  стоимости этой доли выходящему из него участнику, в связи с чем в обоих случаях должны  применяться одинаковые механизмы определения стоимости долей в имуществе товарищества.    Таким образом, несвоевременное изменение учредительных документов товарищества в связи  с переоценкой его имущества не может рассматриваться как основание для отказа в  удовлетворении требований выходящего из него участника о выплате ему реальной стоимости  его доли в имуществе товарищества. При расчете реальной стоимости имущества ТОО  "Универсам Новокуйбышевский" суд правильно применил методику, установленную в Приказе  Министерства финансов Российской Федерации N 81 от 28 июля 1995 г. "О порядке отражения в  бухгалтерском учете отдельных операций, связанных с введением в действие части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации", поскольку введенный этим Приказом показатель  стоимости чистых активов предприятия является единственным нормативно - регулированным  показателем бухгалтерского учета, позволяющим определить действительную стоимость  имущества предприятия, не обремененного обязательствами по платежам в бюджет, во  внебюджетные фонды и в пользу других кредиторов. В связи с этим можно считать  обоснованной и ссылку президиума областного суда на ст. 78 ГК РФ, так как в этой статье  так же, как и в названном Приказе, стоимость имущества предприятия определяется по  балансу, составленному по правилам бухгалтерского учета.    Суд обоснованно принял во внимание и то обстоятельство, что право выбывшего из  товарищества участника на получение стоимости его доли закреплено и в Уставе ТОО  "Универсам Новокуйбышевский". В этом Уставе нет положений, ограничивающих размер выплаты  стоимости доли выбывающего из товарищества участника, в связи с чем доводы протеста о том,  что участнику должна быть выплачена в соответствии с этим Уставом не действительная  (реальная) стоимость его доли, а какая-то другая сумма, методика расчета которой ни в  Уставе товарищества, ни в протесте не приведена, не могут быть признаны обоснованными.    
   Трудовые споры
   
   Верховный Суд РФ неоднократно разъяснял, что увольнение работников по п. 1 ст. 33 КЗоТ  РФ при реорганизации предприятий, в том числе и при смене формы собственности этих  предприятий, может иметь место только при реальном сокращении штата в ходе реорганизации.    В ряде случаев у судов возникали трудности при рассмотрении споров о восстановлении на  работе руководителей предприятий, уволенных при реорганизации.    5. Б. с 1988 года работал директором Чекмагушевского механического завода Уфимского  агрегатного объединения "Гидравлика". Приказом от 14 октября 1992 г. он был уволен с этой  должности по п. 1 ст. 254 КЗоТ РФ, но решением Советского районного суда г. Уфы от 3  февраля 1993 г. восстановлен на работе.    Во исполнение решения суда приказом от 19 февраля 1993 г. приказ от 14 октября 1992 г.  об увольнении Б. с должности директора завода был отменен.    Б. обратился в суд с иском о восстановлении на работе в должности начальника  производства Уфимского агрегатного предприятия "Гидравлика", ссылаясь на то, что после  издания приказов от 1 февраля 1993 г. о ликвидации завода как структурной единицы  объединения "Гидравлика" и от 19 февраля 1993 г. о ликвидации должности директора завода  произведена реорганизация, в результате которой образовано производство Уфимского  агрегатного предприятия "Гидравлика" с начальником производства во главе с теми же  функциями директора завода как руководителя.    Решением суда (оставленным без изменения Судебной коллегией по гражданским делам  Верховного Суда РФ) в иске Б. было отказано.    Как установлено по делу судом, Б. в должности начальника производства, введенной после  реорганизации предприятия, не работал, а продолжал оставаться за штатом в должности  директора завода, с которой на момент рассмотрения спора уволен не был. Он продолжал  получать по этой должности заработную плату.    При рассмотрении дела суд выяснил, что изменилось не только наименование должности  руководителя структурного подразделения предприятия, но и его функции, в связи с чем  должность начальника производства не соответствовала должности директора завода, которую  занимал истец.    Как видно из материалов дела, на предприятии с 1 января 1993 г. произведено сокращение  численности и штата работников.    Ранее в порядке исполнения решения районного суда от 3 февраля 1993 г. о  восстановлении в должности директора завода Б. обращался в районный суд с просьбой  восстановить его в должности начальника производства. Но определением Советского  районного суда г. Уфы было отказано в изменении порядка и способа исполнения решения по  мотивам, что он по решению суда восстановлен в должности директора завода, а не  начальника производства, которая по содержанию отлична от должности директора  реорганизованного предприятия.    С учетом этого довода, изложенного в определении Судебной коллегии, следует признать  правильным увольнение бывших руководителей самостоятельных предприятий при реорганизации  этих предприятий в структурные подразделения других предприятий применительно к п. 1 ст.  33 КЗоТ РФ, поскольку в этих случаях ликвидируется должность руководителя предприятия и  вводится новая должность руководителя структурного подразделения другого предприятия с  принципиально новыми трудовыми функциями.    6. В ст. 15 КЗоТ РФ установлено, что условия трудового договора могут быть существенно  расширены по сравнению с теми условиями, которые гарантированы работникам трудовым  законодательством. Закрепленные в индивидуальном трудовом договоре дополнительные  социальные гарантии для работника обязательны для выполнения их работодателем и не могут  быть им изменены в одностороннем порядке.    Г. работал заместителем генерального директора - директором по экономике АООТ  "Ямалтрансстрой" с 1989 года по сентябрь 1995 года.    На период с 1 января 1993 г. по 31 декабря 1994 г. АООТ "Ямалтрансстрой" в лице его  генерального директора заключило с Г. контракт, в соответствии с п. 11.1 которого  заработная плата директора по экономике состояла из постоянного оклада, выплаты из  коллективного фонда предприятия не свыше 0,6 среднего КТУ, районного коэффициента и  надбавки за работу в районах Крайнего Севера, вознаграждения по итогам работы за квартал  в размере 1,2% от чистой прибыли акционерного общества.    Ссылаясь на то, что АООТ "Ямалтрансстрой" уклоняется от выполнения условий контракта и  не выплачивает ему долю от чистой прибыли, Г. обратился в суд с иском о взыскании с  ответчика 1,2% его чистой прибыли за все время действия контракта в сумме 305563677  рублей (цена иска была указана за ноябрь 1995 г.).    Решением Лабытнангского городского суда (оставленным без изменений судебной коллегией  по гражданским делам суда Ямало - Ненецкого автономного округа) в удовлетворении иска Г.  отказано на том основании, что понятие "чистая прибыль" АООТ "Ямалтрансстрой", по мнению  суда, определяется решениями органов самого акционерного общества и не совпадает с  понятием чистой прибыли, определенной в нормативных актах органов государственной власти  и управления. Установив, что оставшаяся после внесения обязательных платежей в  государственный бюджет часть прибыли АООТ "Ямалтрансстрой" за период действия  заключенного с истцом контракта полностью израсходована на оплату пени и штрафов в  различные фонды, на содержание объектов жилищно - коммунального хозяйства и детских садов,  суд пришел к выводу о том, что у ответчика не было возможности выполнить условие  контракта о выплате истцу ежеквартального вознаграждения в размере 1,2% от чистой прибыли  предприятия.    По протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ судебные постановления  отменены как вынесенные с нарушением норм материального права.    Как правильно отмечено в решении суда, в соответствии со ст. 15 КЗоТ РФ и п. 6.5  Устава АООТ "Ямалтрансстрой" с руководящими работниками общества могут заключаться  контракты, в которых предусматривается выплата вознаграждения в зависимости от итогов  хозяйственной деятельности предприятия.    Чистая прибыль акционерного общества в соответствии с п. п. 68, 69 Положения об  акционерных обществах, утвержденного Постановлением Совета Министров РСФСР от 25 декабря  1990 г. N 601, определена как прибыль, остающаяся в распоряжении предприятия после  расчетов с бюджетом. Такое же определение "чистой прибыли" содержится в п. 3.13 раздела  II Инструкции Министерства финансов Российской Федерации от 24 июня 1992 г. N 48 (с  последующими изменениями и дополнениями) "О порядке заполнения форм годового  бухгалтерского отчета предприятия" и в строке 76 статистической формы 10-ф, утвержденной  Постановлением Госкомстата РФ 12 июля 1993 г. N 129.    В соответствии с этими нормативными актами, имеющими обязательное значение для АООТ  "Ямалтрансстрой", в п. 4.5 Устава этого акционерного общества, утвержденного 13 ноября  1992 г., указано, что "чистой прибылью" общества считается прибыль, остающаяся в его  распоряжении после уплаты налогов и других платежей в бюджет.    В связи с тем, что понятие "чистая прибыль" определено в нормативных актах  государственных органов и в уставе АООТ "Ямалтрансстрой", суд в соответствии со ст. 15  КЗоТ РФ при рассмотрении дела должен был руководствоваться именно этим понятием, а не  произвольным толкованием понятия "чистая прибыль" заинтересованным в исходе дела  ответчиком. Включение в понятие "чистая прибыль" дополнительных факторов, таких как  уплата пени и штрафов в бюджетные и внебюджетные фонды, расходы по содержанию объектов  жилищно - коммунального хозяйства и детских садов, равно как и обусловливание возможности  выплаты вознаграждения истцу наличием трех обстоятельств: реальным получением прибыли,  выполнением показателя выработки одного работника и выполнением запланированного объема  строительно - монтажных работ и выпуска продукции, - является отступлением от условий  трудового договора, заключенного между истцом и ответчиком, и правомерным быть признано  не может.    Исковые требования Г. основаны на условиях трудового договора с АООТ "Ямалтрансстрой"  и на понятии "чистой прибыли" предприятия, определенном в нормативных актах  государственных органов, в связи с чем эти требования обоснованны и подлежат  удовлетворению.    
   Споры о выплате пенсий и пособий
   
   В ст. 2 Конституции Российской Федерации провозглашено, что человек, его права и  свободы являются высшей ценностью, признание, соблюдение и защита которых - обязанность  государства.    При рассмотрении дел по спорам о выплате социальных пенсий и пособий судам следует  учитывать, что граждане, имеющие право на получение этих пенсий и пособий, как правило,  находятся в тяжелом материальном положении, лишены возможности получать другие доходы и  нуждаются в особой защите их законных прав.    7. Протокольным решением совещания у Первого заместителя Председателя Правительства  Российской Федерации Илюшина В.В. от 15 октября 1996 г. N ИВ-П9-3пр постановлено  производить выплаты денежных сумм в возмещение вреда, предусмотренных ст. 14 Закона РСФСР  от 15 мая 1991 г. "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации  вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакции от 24 ноября 1995 г.), в пределах  утвержденных расходов по строке "Программа ликвидации последствий аварии на Чернобыльской  АЭС" раздела 11 функциональной классификации, предусмотренной ст. 16 Федерального закона  от 31 декабря 1995 г. "О федеральном бюджете на 1996 год": за период с марта по октябрь  1996 г. в размере, не превышающем семикратной суммы установленного законом минимального  размера оплаты труда; с 1 ноября 1996 г. в размере, не превышающем тридцатикратной суммы  установленного законом минимального размера оплаты труда.    На основании данного решения и в его исполнение Министерство финансов Российской  Федерации и Министерство труда и социального развития Российской Федерации направили в  органы социальной защиты населения Российской Федерации (органы, осуществляющие  пенсионное обеспечение) соответствующие указания о выплате сумм в возмещение вреда  здоровью инвалидам и семьям погибших вследствие чернобыльской катастрофы в 1986 году в  указанных выше размерах (письмо N 2283-ИЗ/2-7-14 от 18 октября 1996 г.).    Эти указания названными органами на местах были приняты к исполнению. Считая  протокольное решение Правительства Российской Федерации от 15 октября 1996 г. и  содержащиеся в нем указания об ограничении в 1996 году сумм выплат в возмещение вреда,  причиненного здоровью, инвалидам и семьям погибших вследствие чернобыльской катастрофы в  упомянутых пределах незаконными, группа граждан обратилась в Верховный Суд РФ с жалобой,  сославшись на то, что данными правовыми актами нарушены предусмотренные законом их права  на возмещение вреда, причиненного здоровью, в полном объеме.    Верховный Суд РФ жалобу заявителей удовлетворил, указав, что в соответствии с п. 25 ст.  14 Закона Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию  радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" гражданам, получившим инвалидность  вследствие чернобыльской катастрофы (п. 2 ч. 1 ст. 13 настоящего Закона), гарантируется  возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационным воздействием либо с  выполнением работ по ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, выплатой  денежных сумм в размере заработка (или соответствующей его части) в зависимости от  степени утраты трудоспособности, определяемом в порядке, предусмотренном  законодательством Российской Федерации для случаев возмещения вреда, связанного с  исполнением работниками трудовых обязанностей. Выплаты денежных сумм производят органы  социальной защиты населения или иные государственные органы в порядке, определяемом  Правительством Российской Федерации.    
   : примечание.
   Правила возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, утвержденные  Постановлением ВС РФ от 24.12.1992 N 4214-1, утратили силу с 6 января 2000 года в связи с  вступлением в силу Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ, которым установлен порядок  возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей  по трудовому договору (контракту) и в других случаях, предусмотренных указанным законом.    
--------------------
 
< Пред.   След. >